Владимир Комаров: «Я счастлив, что знал Рокоссовского»

ad

У него были все шансы остаться без аттестата о среднем образовании. В начале 42-го ретивый поселковый военком решил, что десятиклассников пора отправлять в армию. И кто, как ни секретарь школьной комсомольской организации, должен подать пример. Володя Комаров был готов отправиться на фронт.

- С девчонками уже попрощались, а поскольку я ведал школьной библиотекой, пошел к директору школы ключи сдавать,  - рассказывает Владимир Александрович.- Когда там узнали о нашем призыве, видимо, сделали все, чтобы нам, школьникам, дали доучиться. Когда поутру я с вещами и запасом продуктов  явился в военкомат, там объявили  «отставить». Это был для нас удар - как теперь девчонкам покажемся на глаза?! Домой возвращались огородами… «Война долгая,  - сказали нам тогда взрослые,- на ваш век хватит». И не ошиблись.

С  Владимиром Александровичем Комаровым, бывшим начальником отдела кадров Новороссийского морского пароходства, мы встретились в его скромной «брежневке». С  таким послужным списком, как у Комарова: старший следователь, прокурор, народный судья, начальник отдела кадров, ему в других хоромах нужно жить.  Но  поколение, рожденное в 20-х, прошедшее окопы Великой Отечественной,  послевоенное лихолетье, огонь, воду и медные трубы, никогда не жило для себя, отличалось удивительной скромностью в личной жизни и привыкло довольствоваться малым. Комаров не исключение.

После перенесенного инсульта говорить ему непросто, еще труднее вспоминать детали, путаются не мысли - слова. И все же мы медленно,  шаг за шагом, движемся по этапам его жизни, аккуратно, как хрупкую книгу, перелистываем странички  биографии, такой уникальной,  что хоть кино снимай.

Его мама -  чистокровная полька из бедной дворянской семьи, которую волею судеб и революций закинуло в Россию. Сибирь,  Урал, осела семья  в Оренбурге. Как- то по весне дед, работавший  акушером-гинекологом, спешил к роженице через реку Урал. Тонкий лед провалился, сани ушли под воду, но дед выбрался и даже добрался к пациентке. Женщину он спас, а сам простудился и умер. Семья осталась без кормильца, но никогда дети не выглядели сирыми, убогими, всегда чистенько одеты.  У матери, вспоминает Владимир Александрович, был прекрасный оперный голос, но стать певицей ей было не суждено, венцом ее карьеры стал хор в Оренбургском церковном соборе. Пел и отец Владимира. Его приятели даже поговорку придумали: «Нету голоса такого, как у Сашки Комарова».

Отец был из семьи потомственных железнодорожников, и работа была там, где была «ветка». Так семья Комаровых из Оренбуржья перебралась  в Куйбышевскую область.  Один за другим на свет появились пять пацанов. По этому поводу мама, все ожидающая девочку, весьма скорбела и была уверена, что господь наказал. Но мальчики рождались не случайно - надвигалась война…

-Взрослые были правы, когда сказали - успеете,- продолжает Комаров. -Сразу после выпускного в 1942-ом меня  призвали в армию и отправили в Ульяновскую область в город  Инза в 6-ой учебный стрелковый полк. Кстати, там я впервые столкнулся с морем, вернее-с моряками, которые прибыли целым эшелоном. Я сразу попросился к морякам и был зачислен в их батальон. Правда, ни моря, ни кораблей, я за всю войну так и не увидел. Моряков экипировали и пересадили на… танки.  Они пытались  бунтовать,  дескать, наше дело  - море, но последовал приказ Главнокомандующего  и объяснение: считайте, что это тоже корабли, там  броня, и здесь броня. Так я стал танкистом, механиком-водителем и был отправлен вместе со своей боевой машиной Т-34 на 1-ый Украинский фронт.  В конце 43 - начале  44-го бои шли с переменным успехом. На Южной Украине дошли до известной Шепетовки - важного узла железнодорожных и шоссейных дорог. Там и приняли бой. Немцы против наших Т-34 выпустили своих «тигров», броня у них была, конечно, помощнее, а в  скорости мы им не уступали.

После двухдневных боев, 11 февраля 1944-го Шепетовка была полностью освобождена от фашистских захватчиков, советские войска двинулись дальше, развивая наступление. Наиболее мощный 1-й Украинский фронт Конева в составе шестидесяти стрелковых дивизий, восьми танковых корпусов, одного кавалерийского корпуса и восьми отдельных танковых соединений имел задачу главными силами выйти к реке Одер в районе Бреслау. На южном направлении предстояло включиться в общее наступление южнее Верхней Вислы.

- Мы перешли Вислу и застряли на переходе. Держались долго, немцы отступали. Помню, 28 июля в свои именины приснился сон, будто бы я женился. Трясет меня старшина за плечо: просыпайся, а я ему - дай сон досмотреть. Рассказал про свадьбу, а мне говорят:  берегись, это плохой сон на войне. Так и случилось.  В этот же день  налетели самолеты, началась бомбежка, я был ранен, командир бригады тоже, вместе потом в госпитале лежали.

Можно сказать Владимиру повезло: молодой, симпатичный, поющий (хоть и не до песен было на больничной койке), он не был обделен вниманием медперсонала. А ранение оказалось серьезным. И сдается Владимиру Александровичу, что если бы не молодой, симпатичный доктор женского пола, которая  за танкистом присматривала особо, - оттяпали бы ему раненую ногу, как пить дать. А так, спустя семь месяцев,  вышел, хоть и хромой, но на своих двоих. Комиссия признала его годным к нестроевой службе,  и шанс дойти до Берлина, о чем он так мечтал, остался.

-Из Львова, где находился госпиталь, наш эшелон прибыл в Германию в канун  1945-го Нового года. Мы прибыли в город  Эльс (Олесница) под Бреслау (Вроцлав ).  Вышли на перрон и поразились: чистота, порядок, хоть и не любили немцев, но это заметили. Местного населения  в городе уже не было, все ушли, как только стало ясно, что прибывают советские войска. Уходили, видимо, в спешке, ничего практически с собой не брали, чашки стояли на столах, как будто вышли на минутку. Нас, молодых солдат, тогда просто поразили немецкие открытки  с красотками, как сейчас помню эти альбомы «Самых красивых женщин мира». Это были наши трофеи. По прибытию на место дислокации, узнав, что я грамотный, отправили в хозчасть, там занимался делопроизводством военной комендатуры. Там же мне удалось увидеть самого Рокоссовского. Поразительный был человек, никогда не выражался, всегда требовал говорить правду, и не бояться этого. С ним было интересно при любых обстоятельствах и в любом чине.

Тут добавлю к словам Владимира Александровича небольшое напоминание о том, что происходило в армии накануне окружения Берлина. По первоначальному плану Ставки Верховного Главнокомандования его должны были взять лобовым ударом войска 1-го Белорусского фронта. Поэтому Сталин снял с командования фронтом маршала Константина Рокоссовского и назначил маршала Георгия Жукова. Впоследствии Рокоссовский рассказывал, что в телефонном разговоре спросил Сталина: "За что такая обида?". И в ответ услышал: "Это не обида - тут вопрос политический". Видимо, Сталин посчитал: нельзя, чтобы человек с польской фамилией брал Берлин! Рокоссовского отправили на 2-й Белорусский освобождать от фашистов север Германии. С юга наступал 1-й Украинский фронт под командованием маршала Ивана Конева.  «И только в случае задержки наступления 1-го Белорусского фронта, 1-му Украинскому фронту быть готовым нанести удар танковыми армиями с юга на Берлин", - предписывал план Ставки. По ходу сражения, когда войска Жукова застряли на Зееловских высотах, а войска Конева прорвали фронт и пошли на Берлин с юга,  с севера надвинулся Рокоссовский  – так и  создалось окружение.

А сам Комаров расстался с армией только в 1947-ом, поработав в комендатуре по репатриации граждан союзных стран в Германии, корректором типографии штаба Северной группы войск в Польше.  Он награжден орденом Красной Звезды, медалями «За боевые заслуги» и «За победу над Германией».

После войны он смог осуществить свою юношескую мечту  и поступил в институт.  Как и школу, он с отличием закончил  Всесоюзный юридический заочный институт. Сделал блестящую карьеру : следователь, старший следователь, прокурор Майкопа, народный судья Новороссийска, инспектор отдела кадров Новороссийского морского пароходства, а затем и его начальник. Казалось бы, здесь можно поставить точку. Но это не про Комарова. Он все-таки вышел в море, реализовав еще одну мальчишескую мечту. В 1976 году он стал первым помощником капитана судов загранплавания. И про  музыку, кстати, не забыл. На судне «Будапешт»  организовал вокально-инструментальный ансамбль, который собирал полные залы на вечерах советско-кубинской дружбы.

15 мая у Владимира Александровича день рождения. Ему исполняется 89 лет. С днем рождения, дорогой наш человек. И долгих лет жизни.

Наталия Сергиенко, газета «Наш Новороссийск».

 

*К сожалению Владимир Александрович ушел из жизни 15 мая, отметив свой 89 год рождения. Ушёл из жизни один из последних участников ВОВ.

Пресс-центр "НГОО инвалидов, ветеранов, пенсионеров плавсостава ОАО "Новошип".